Текстик

Цитаты, афоризмы, высказывания: Филип Сеймур Хоффман

Отображать:
по добавлению
по популярности

Люди начинают стареть в один момент. Когда ты подходишь к четвертому десятку, ты вдруг понимаешь, что ты и твоё тело начинают меняться, и эти перемены убивают тебя. В этой ситуации каждый начинает искать свой ответ. Мой ответ – это дети. Когда они появились в моей жизни, у меня возникло так много связанных с ними проблем, что мои собственные просто растворились в них.

Мне сейчас 42, и оба моих родителя живы. Почти в каждом интервью меня спрашивают: «А как вам живется – ведь у вас стареющие родители?» Глупый вопрос. Никто ведь не спрашивает родителей о том, как им живется со стареющими детьми.

Мне невероятно нравится эта фраза Филипа Рота: «Старость – это не битва, старость – это кровавая резня». Она нравится мне так сильно, что я даже хотел бы повторить её, но, пожалуй, не буду.

Я хочу снять фильм о страхе. Посмотрите вокруг: планетой правит невроз. Люди напуганы. Они пребывают в ежедневном контролируемом ужасе, они боятся смерти, бедности и постоянно изводят себя мелкими опасениями. Хорошая тема для фильма, правда?

Слава постепенно лишает тебя сомнений. И это самое страшное, что она может с тобой сделать.

Сегодня, когда люди пялятся на меня на улице или в кафе, я понимаю: это значит, что я стал узнаваемым и вовсе не значит, что в моей бороде застрял здоровенный кусок пищи или что-то похуже. Но я очень боюсь того, что в один прекрасный день кто-нибудь вылупится на меня, а я буду ему улыбаться, как старому знакомому, не замечая, что из моей бороды торчит здоровенный салатный лист.

Впервые меня стали узнавать на улицах, когда мне было 29 лет. Люди смотрели на меня и каждое моё действие, и это, конечно, был шок. Я чувствовал себя так, будто потерял левую руку – так же неловко.

Долгое время главным достижением моей жизни было то, что однажды, очень много лет назад, когда я работал в бассейне, туда зашел Майлз Дэвис. Я тогда подумал: «Вот дела – да со мной в жизни ничего круче этого уже не случится. Собственно, так и вышло».

Я действительно очень хотел сыграть в «Большом Лебовски», но перед этим я долго думал: это же, черт возьми, братья Коэны, и я в жизни с ними не договорюсь. Так что я решил, что просто приду к ним и сделаю что-нибудь очень странное. В общем, я пришел и начал орать и бесноваться. И вдруг они стали смеяться, причем так громко, что у них, по-моему, чуть задницы не треснули. Я до сих пор помню, как я посмотрел на смеющихся Коэнов и подумал: «Ну ладно, черт с ней, с этой ролью. Хоть поржали – и то хорошо».

Мне нравится, что моё тело и мой внешний вид позволяют мне играть именно того, кого мне больше всего интересно – любого человека.

Меня действительно так зовут: Филип Сеймур Хоффман. Обычно меня раздражает, когда люди используют свое второе имя. Мне это кажется очень претенциозным. Но это не мой случай. Просто на тот момент, когда я оказался в кино, в мире уже существовал один актер по имени Филип Хоффман, а два Филипа Хоффмана – это уже слишком. Так что мне пришлось добавить Сеймур.

Многие люди за глаза называют меня толстяком. Другие говорят, что я коротыш. Кто-то пишет, что мое лицо напоминает тесто, а волосы – паклю. Но послушайте, я же довольно привлекательный чувак. Только почему-то никому не приходит в голову описывать меня с привлекательной стороны. Я все жду, что кто-нибудь напишет про меня, что я симпатичный. Или интересный. Но ни хрена, все молчат. С другой стороны, наверное, я должен быть благодарен за то, что жирным ублюдком меня все-таки тоже не называют.

^